Нюансы нынешнего «бразильского кризиса»: местная специфика, возможности и риски

На сайте компании LBPay, в которой работает Бруно Гонсальвес, заявлено предложение «экосистемы платежей в сфере цифровых развлечений» при условии «полного соответствия нормативным требованиям». Как это возможно, когда большинство клиентов вдруг оказывается вне закона? Действительно ли за 3 дня после запрета ставок число транзакций упало в среднем на 10%? Как спасать ситуацию?.. Читайте в нашем материале.

ПХР: Как ты пришёл в платёжную индустрию, Бруно? И почему именно хай-риск?

Б.Г.: В финансах я начинал как поставщик технологий для банков и потом специализировался на опен-банкинге. Важной вехой стали 3 года работы на международной платёжной платформе OKTO, где я сначала был директором по продажам в Бразилии и Мексике, а потом возглавил весь коммерческий отдел в Латаме... но самый важный опыт, я думаю, это участие в разработке системы быстрых платежей «Pix» в 2020 году. И тут надо понимать, что сегодня подавляющее большинство транзакций на сайтах ставок или онлайн-казино осуществляется именно через Pix. Я реально впечатлился перспективами роста и решил углубиться в эту тему. 

ПХР: Тему гемблинга?

Б.Г.: Ну да. В 2020 больше ни одна отрасль так не росла. И это при том, что был ковид и, казалось бы, самый пик тогда переживал дистанционный е-коммерс. Понятно, что знаменитая «Чёрная пятница»-2020 побила все рекорды по продажам... Но этот рекорд, в свою очередь, был семикратно побит через два года на ЧМ по футболу 2022-го года: такое же количество транзакций, как в ту «Чёрную пятницу», набиралось в период плей-оффа всего за 2 дня – и так с 3 по 18 декабря. Цифры точные, потому что мы отталкиваемся от статистик «Пикса», который в обоих случаях был практически единственным способом перевода средств.

ПХР: Какое место занимает (или занимал?!) гемблинг в клиентской структуре твоей нынешней компании – LBPay?

Б.Г.: Скажем, за последние 5 месяцев 80% этого объёма приходилось именно на игорных операторов (15 клиентов). И – да, о них, к сожалению, в данный момент можно говорить в прошедшем времени...

ПХР: Что случилось 25 сентября?

Б.Г.: Правительство объявило «приостановку» работы букмекерских платформ: президент «Лула» да Силва давно грозился и в итоге подписал указ о запрете на азартные игры онлайн. Этот указ поверг в кризис не только игорный бизнес и обслуживающие его отрасли, вроде нашей, но и ударил по этике – как корпоративной, так и общечеловеческой. Игра была абсолютно легальной, обеспечивала огромное количество рабочих мест, прибыль в казну и финансирование для футбольных клубов, без которых немыслима наша культура... Однако правительство назначило «тигриньо» козлом отпущения за все свои промахи, перевело на него все стрелки и решило таким образом заполучить больше избирателей.

ПХР: И как, получилось?

Б.Г.: Пока, скорее, нет, но это будет ясно 25 октября – в день, на который назначен 2-й тур выборов. 

ПХР: Некоторые компании пытаются оспаривать запрет в судебном порядке – например, Stake всё-таки добившаяся права возобновить деятельность... правда, всего до 25 октября; но если «Лулу» не выберут, всё ведь ещё может поменяться?

Б.Г.: Сейчас будет море подобных исков от операторов; действия правительства были вероломными, и просто так компании, которые честно работали на государство, позиции не сдадут.

ПХР: Это правда, что в первые 3 дня после запрета объём платежей по стране в целом снизился на 10%?

Б.Г.: Нет. Дело в том, что во время выборов спортивные мероприятия обычно не проводятся и, соответственно, ставок (ну, легальных) тоже никто не делает. С понедельника 28 сентября всё возобновилось; причём, на уровне транзакций в «пиксе» зарегистрирован пик активности – в этот день в сети появилось около 1000 новых «зеркал». Рынок резко «почернел».

ПХР: Ты по-прежнему считаешь, что работать «в белую» -- лучше и правильней?

Б.Г.: Да. Это даёт свободу для инвестиций и развития новых технологий, а LBPay хочет сохранить имеющиеся гарантии и перспективы – в частности, возможность выхода на другие рынки в международном масштабе. Мы напрямую подключены к Центробанку Бразилии, и это безусловный плюс в позиционировании.

ПХР: Если переход «на тёмную сторону» не рассматривается, что вы теперь собираетесь делать? Скажем, есть ли план на ближайшие 90 дней?

Б.Г.: Диверсифицироваться. Рынок виртуального образования (сейчас это реальный тренд) и зарплатные выплаты (например, рассматривается сотрудничество с индустрией грузового транспорта), е-коммерс... Что касается хай-риска, то остаются адалт и покер.

ПХР: Покер?! Как это? Ведь онлайн-казино запрещены.

Б.Г.: Покер в Бразилии не считается азартной игрой. Он классифицируется, как игра, требующая навыков (типа шахмат).

ПХР: Ну надо же... а какие планы на долгий срок?

Б.Г.: Например, подключить кредитование. Но для этого требуется отдельная лицензия, а в соответствии с процедурами Центробанка на это уйдёт полтора года, не меньше.

ПХР: Пока всё работало, какие критерии использовали операторы онлайн-казино и ставок, выбирая себе платёжного партнёра? Это как-то зависело от того, местный оператор или иностранный?

Б.Г.: Скорее, нет. Скажем 30-50% – доверие к компании, которая будет заниматься твоими деньгами... На втором месте – перформанс (технологии, конверсия). Ну и на третьем – возможность операций 24/7. Потому что в легальном юридическом контуре работали ограничения по времени и большинство ставок приходилось на ночные часы.

ПХР: Из каких стран были ваши иностранные клиенты?

Б.Г.: Сингапур, США, Мексика, Португалия (у LBPay есть там филиал).

ПХР: Чем бразильский опыт может быть полезен остальной Латинской Америке?

Б.Г.: Чёткие и понятные юридические рамки – ключевое. Именно они определяют безопасность инвестиций... Сейчас мы их лишились, и ситуация стала похожей на Венесуэлу – когда у неё практически отняли нефть. Подобные кризисы выходят за рамки отдельной отрасли и бьют по всей экономике сразу... А уж если они обусловлены политическими процессами, как сейчас в Бразилии – то вообще пиши пропало. Но мы ещё поборемся.